||||||||

ТАТЬЯНА МУШАТ
Автор рассказов, вошедших в сборники "Было-не было", "Сказки для внука", "Американские картинки" и др. Родилась в Сибири, и многие сюжеты посвящены этой красивой земле. "Сибирь моей памяти" − сборник рассказов, который был опубликован в майском номере Лексикона за 2009 год и получил первое место среди конкурсных работ в номинации "Сборник рассказов". В прошлом году Татьяна опубликовала свою книгу "Моя Сибирь. Моя Америка.", в которую вошли некоторые вещи, опубликованные ранее в "Лексиконе" и в самом крупном русскоязычном печатном журнале США "Время и мы", а также новые, напечатанные впервые. Рассказ "Соседи" входит в сборник "Почти библейские истории" из этой книги. С новой книгой Татьяны можно познакомиться в интернете на сайте www.Amazon.com. Татьяна окончила Новосибирский электротехнический институт (НЭТИ) по специальности"Радиотехника", кандидат технических наук; работала в номерном НИИ, а затем доцентом кафедры "Прикладная математика" в НЭТИ. В настоящее время живёт в США, в штате Вермонт.

___________________________________

Соседи
(Рассказ из сборника "Почти библейские истории")

"Возлюби ближнего, как себя самого."

Семиэтажный панельный дом улучшенной планировки одиноко стоял на берегу Черного моря. Он, как бы, удрал от своих собратьев с одной из улиц большого города, а может даже и из столицы. Бежал, бежал и встал, пораженный красотой моря, поднявшегося перед ним до самого неба.

Похоже, что дом удрал прямо с жильцами, - такие они все были дружные, как одна большая семья. Только один отличался. Из новых, наверное. И остальные следили за ним, потому что неинтересно следить друг за другом, все равно, что за самим собой.

Он был выше среднего роста, скорее толстенький, чем упитанный, скорее лысоватый, чем гладко причесанный, с короткими округлыми ручками-ножками и темными глазками, подкатывающими к переносице так плотно, что им ничего не стоило закатиться туда навсегда.

Сначала он вытащил из квартиры старую мебель, погрузил в машину вдвоем с незнакомым шофером и отвез неизвестно куда. Конечно нашлись одиночки помочь за честное вознаграждение на троих, но тут и до обсуждения не дошло, - он просто отвернулся. Не прошло и недели, как он привез новую мебель. В квартиру, качаясь на напряженных руках дипломированных грузчиков с бляхами, поплыли шкафы, стулья, столы и наконец угловой диван-софа, мечта всех хозяек. Еще не утихли разговоры, как жилец /он был одиноким/ привел женщину, молодую и потому уже нахально красивую.

Неизвестно, спал ли в ту ночь жилец, но остальные в доме, включая детей, не спали. Как это так – одним все, а другим ничего? Где справедливость?

Ночи шли одна за другой. Совсем скоро у женщины жильца появился ребенок. Она выходила на прогулки, неся его в мягком ярком стульчике на груди. Мать моя, женщина! Не успели соседи опомниться, как стульчик стал опираться на ее опять округлившийся животик, и у нее появился второй малыш. А, так тебя! Одним все, а другим шиш! Другим шиш!?

И вот у жильца появилась собака. Породистая колли. Каждое утро и каждый вечер он выгуливал псину, которая присаживалась под любым цветком на дворовой клумбе и поднимала истерический лай на любого мало-мальски выпившего, случившегося рядом.

Псина оказалась сучкой, и уже через несколько месяцев во дворе шныряли стаи кобелей с ближайших окрестностей. Жилец златошерстную сучку берег. Ждал очереди на племенного самца.

Почему в тот раз он оставил ее одну? А, женщина позвала его к телефону, да и вокруг было пусто.

Он привязал собаку к полувросшему в землю остову горбатого запорожца, такой же естественной принадлежности двора, как и ящик с помойкой, и вошел в дом. Окрестные псы пришли тут же. Они тихо-беззвучно совсем молча трахали сучку поодиночке в очередь, потом еще в очередь, и еще. Она тоже молчала.

Было яркое утро воскресного дня, и весь дом смотрел на происходящее с ликующим чувством глубокого удовлетворения.

Когда жилец выскочил из подъезда, на вспаханном  десятками лап песке лежала-полувисела на коротком поводке сучка, и последний задержавшийся кобель, задрав морду, мочился на проржавевший руль.