||||||||

ЕЛЕНА МОРОЗОВА
Родилась в Донецке.Закончила ДПИ, факультет ВТ и АСУ, специальность - прикладная математика; ДонГУ, факультет общественных профессий, специальность - журналист.
Три поэтические книги: "Босиком по грусти", "Соло времени", "Под облаками".
Три книги прозы: сборник рассказов "Раз-два-сказики", повесть "Такси для Парвати", сборник рассказов для детей "Если в гости зашла кенгуру".
Публиковалась в сборниках, альманахах и периодических изданиях Украины, России, Германии - около ста публикаций. Член нескольких украинских писательских организаций.
Диплом по номинации "Поэзия" за сборник "Соло времени" всеукраинского литературного конкурса "Русское слово Украины - 2004", (г.Киев, Украина, 2004г.).
Диплом "За литературное мастерство" литературного конкурса им. Бунина "Легкое дыхание", (г.Гютерслоу, Германия, 2010г.).
Призёр (второе место) мини-конкурса рассказы о любви "Белая скрижаль", (Россия, 2010г.).
Победитель конкурса детской фантастики, проводимого журналом "Фантаскоп" (г.Сергиев посад, 2010г)
Вошла в лонг-лист II-го Международного конкурса юмористической поэзии и прозы "Жизнь прекрасна!", организованного "Чеховскоим обществом" (Tschechow-Gesellschaft e.V.) г. Дюссельдорф, Германия и сетевым журналом "Зарубежные Задворки", 2010 г.)
_______________________________________________________________

Луна в тумане

С утра ничего не ладилось. Бывают такие дни. Тянутся, словно повозка, мимо, только цок-цок копыта-минуты.

Всю светлую часть суток я провалялась с книгой, сменив японскую прозу на Курта Воннегута.

Январские вечера в этом году туманные, дождливые, безлунные.

Распахнув дверь на балкон, я вдохнула студеность. И вдруг мне показалось, будто что-то влетело в квартиру. "Странно, - подумала я, - для летучих мышей не сезон".

Может, порыв ветра колыхнул штору. Я прикрыла дверь и оглянулась.

Обычный рыжий мотылек бился о плафон люстры, "Откуда? Среди зимы? - удивилась я. - Хотя январь в этом году теплый".

Приоткрыла окно - лети, мол, в холодную ночь.

Телефонный звонок отвлек меня от созерцания порхающего по комнате насекомого. Голос принадлежал моему знакомому поэту.

- Лена, передали по радио, что в Африке из какой-то лаборатории улетели галлюциногенные бабочки.

- По-моему, одна из них у меня в гостях. Вон порхает у лампы, - улыбалась я в трубку.

- Слушай, Африка где? А где мы? Не шути. Но на всякий случай не смотри на нее…

Но я уже не слушала поэта. Мне показалось, что золотисто-голубая сеть накрыла комнату. Я тряхнула волосами, разгоняя видение.

На диване сидел самурай.

Его японские глаза смотрели мимо меня.

Он приподнялся, поклонился и вновь присел.

- Я знаю, ты мне кажешься, - сказала я древнему рыцарю, с интересом рассматривая его странный многослойный наряд.

- Луна и сейчас высоко в небе. Предметы существуют, даже если они невидимы для нас, - сказал гость и снова почтительно поклонился.

- Как зовут тебя, призрак?

- Что скажет тебе мое имя? Знаешь ли ты имя Луны? Знаешь ли ты имена? Люди придумывают имена каждый раз заново.

- Как же быть?

- Слушать свое сердце.

- Ты почитал учителей, исполнял долг, сражаясь за Родину, но где ты сейчас?

- Когда ты снимаешь вечернее платье, то не вопрошаешь же: "О! Где мое платье? Где теперь мое платье?". Когда Луна уходит в туман, ты не причитаешь: "Где Луна? Отчего Луна нас покинула?". Я лишь снял наряд Земли и надел одежды Луны. Живи, помня, что Луна всегда в небе. И днем, и в туман, и когда ты снимешь одежду Земли, и когда узнаешь новые имена.

- Ты говоришь мудро.

Вдруг гость исчез. Покалывало в висках.

Окно было распахнуто, и мотылька нигде не было видно. Густая белесая пелена влажно укутала небо.

Я посмотрела сквозь туман. Лунный самурай улыбался мне.

Сезонные овощи 

Во дворе фермеры разложили товар: в ящиках - помидоры, перец, картошку; на земле, горкой, - сочные кочаны капусты.

Усатый продавец в куртке нараспашку - конец октября выдался теплым - зычным голосом зазывал покупателей.

Я решила пополнить запасы овощей и тоже встала в очередь. И вдруг услышала, как фермерша, развешивая товар, приговаривает:

- Берите топируши. Топируши забирайте. Последние три штучки остались.

Очередь сонно заказывала лук, помидоры, перец. Никакие топируши никто не брал и даже не реагировал на рекламу продавца. Лишь я одна заинтересовалась неизвестным товаром и спросила.

- А почем?

Женщина замерла с кульком в руках, как-то странно глянула в мою сторону и заговорщически сказала:

- Отдам по себестоимости.

Я обдумывала ситуацию. Может, она имела в виду топинамбур? Это растение я знаю. Хотя и не являюсь большой любительницей земляной груши.

Подошла моя очередь.

- Два кило помидоров, капусту… - и тут меня словно бес попутал, - одну топирушу… маленькую.

Женщина на мгновение замерла, побежала к машине, порылась внутри, что-то кинула в розовый кулечек и быстро завязала его на крепкий узел. Потом взвесила помидоры, капусту, назвала приемлемую цену и так странно вдруг на меня посмотрела, что я интуитивно спросила:

- А как их готовят?..

- Пусть сначала подрастет. Главное - поливать не забывайте. Ну, с Богом! - отчего-то перекрестила меня фермерша и повернулась к следующему покупателю.

Я пожала плечами. Ладно, разберусь. В Интернете поищу рецепты. Спасительная мировая сеть - на все случаи жизни ответ под рукой!

Дома кинула сумки на стол. Меня тут же отвлек настырно жужжащий мобильный. Пара звонков, и я напрочь забыла о покупке. И вдруг слышу - что-то шуршит. "Воду не перекрыла", - испугалась я. Вбежав на кухню, я замерла, непроизвольно открыв рот. Жадно, по-рыбьи, хватанула воздух и ущипнула себя.

По столу ползал топируша. Прогрызенный кулек валялся тут же. Я присмотрелась. Топируша был шишкообразным, светло-коричневым.

Ползал он неуклюже, медленно, прыгать, похоже, не собирался. Я немного успокоилась, даже присела на кухонный стульчик рядом. Вел топируша себя, как новорожденный котенок, - тыкался, во что попало. Я догадалась налить ему воды в блюдечко… Он не пил. Тогда я взяла его двумя пальцами (на ощупь - обычная картошка) и сунула в воду.

И вдруг услышала жадное громкое чавканье.

"Ну-ну, - подумала, - какие тут рецепты! Тоже мне - подрастет! Вскормишь - привяжешься".

Быстро выглянув в окно (фермеры уже побросали пустую тару в кузов), схватила мокрого мальца - и вниз. Запыхавшись, подбежала к женщине и сунула ей в руки топирушу.

- Простите, но я передумала. Я не смогу его потом… на салат… Сдачи не надо! - крикнула уже с безопасного расстояния, и бегом домой.

На кухне из блюдца выплеснула в раковину остаток воды, смела порванный кулек в мусор и... как была, с веником в руках, опустилась на стул. В памяти всплыло грустное лицо фермерши - она тоже не смогла.

Михаил Захарович 

Нашего дворника, пожилого молчаливого мужчину, все зовут по-свойски - Мишей.

Иду как-то утром за хлебом в ларек за углом. Вижу: стоит он посреди двора, густо усыпанного пожухлой листвой, с кем-то сердито препирается. А рядом никого. Подошла и вкрадчиво спрашиваю:

- Миша. С кем беседуешь?

Он кивнул куда-то вниз и сплюнул.

Я пригляделась - к корявой метле прицепился маленький, не больше котенка, толстый человечек и энергично трясет сухие лохматые ветки.

- Это кто? - удивилась я.

- Да… Гном дворовой… Бешеный. Покоя мне не дает. Всякую пакость во двор тащит: ветошь, палки, коробки. Дом, видите ли, строит. А мне убирать…

- Но, ведь скоро зима. Он же должен где-то жить. Еще простудится и умрет, - пожалела я гнома и, нагнувшись, хотела погладить. - Хорошенький.

Гном зло цапнул меня за руку и еще сильнее затряс метлу.

Я ойкнула и потерла палец.

- Он - дикий, - отечески пробурчал Миша.  -  Его на ласку не возьмешь... Смотрите, как его корежит!

- А если домой забрать? - предположила я.

Гном замер.

- Возьми его домой, - вдохновилась я. - Постели ему на кухне. Молока дай…

- Тьфу. Еще дома его физиономию созерцать каждый день. Хватит с меня и того, что он работать мешает.

Гном снова затряс метлу, стал грызть ее, ломая тонкие ветки.

- А знаете, Елена Юрьевна, для чего ему дом понадобился?.. - старик выдержал внушительную паузу. - Он жениться хочет!

Я улыбнулась.

- На ком? Кто избранница?

- Да барышня из вашего подъезда. Спаниеля выгуливает. Тоже нянчится с ним. Конфетами кормит. Сюсюкает. Тьфу… - дворник сплюнул и растер плевок ботинком. - Этот и влюбился в нее.

Гном снова утих, но как-то иначе на этот раз.

- Как только она уходит, он в обморок падает и лежит трупиком. Я его сметать начинаю… надоело мне уже это... Ух, бомж, сквалыга…

Миша стряхнул беднягу с метлы и стал работать - за ночь много нападало листьев.

Покачав головой, повернулась идти, но гном подпрыгнул и уцепился за мой сапог.

Я нагнулась. Это был самый обыкновенный дворовой гном: рыженький, заросший, какой-то жалкий. Я помахала перед его носом пальцем.

- Слушай, об Оле и думать забудь, - сказала строго. И Мишу не терроризируй. Зачем чистоту двора нарушаешь?

Гном понуро слез с сапога. Постоял еще немного и куда-то исчез. Наверное, у него свои потайные местечки были.

-Ты бы его на рынок снес. Может, пристроишь в хорошие руки? - обратилась я к дворнику.

Старик на мгновение замер, видно, обдумывал предложение, но потом снова замахал метлой.

Прошла неделя.

- Елена Юрьевна, - подзывает меня как-то Миша, - послушал я вашего совета и стал всех расспрашивать: гном не нужен? Наслушался шуточек… Но в конце концов нашел сердобольную старушку. Отдал. Так что ж - он через день сбежал. Не понравилось, значит… Да вон он, выглядывает.

Я заметила рыжий колтун над камнем.

- Вот бестия, - ругнулся дворник.

Ноябрь пролетел в делах. Дважды мне пришлось уезжать из города. Я забыла про гнома. Но тут как-то встречаю Нину Васильевну. Женщина спешит поделиться новостью:

- Ой, Леночка, радость у нас. Оля, ну та, что с первого этажа, замуж вышла… За финна, - прибавила соседка, закатив глаза, что означало "хорошо устроилась".

Я покивала, поддержав разговор, и тут вдруг вспомнила про гнома. Помчалась во двор. Замерзшая земля, притрушенная снегом, голые деревья…

Вижу: у ларька с хлебом, на выходе из двора, стоит Миша. Бегу к нему.

- Гном… где он?

Дворник глянул на меня косо и махнул рукой.

- На кухне… Молоко пьет…

С тех самых пор я Мишу зову уважительно - Михаилом Захаровичем.

Лети, казак

- Набирай 15-63. Я у них в базе, - предложила подруга, протягивая мне телефонную трубку.

Мы засиделись допоздна. Домой теперь - только на такси. Но я позвонила по другому номеру.

- Такси "Казак"! Добрый вечер! - бойкий девичий голосок приветствовал меня.

- Девушка, машину на Розы Люксембург, пожалуйста.

- Свободных машин нет… Есть только кони.

- Какие кони? - опешила я.

- Кони сегодня только в яблоках.

- А цена? - задала я нелепый вопрос, лихорадочно соображая, что все это значит.

- По счетчику: три гривны километр, - бодро ответила диспетчер.

Когда назревает авантюра, меня словно к пропасти подводят - душа улетает. Появляется зуд нетерпения, и я выпаливаю:

- Согласна.

Девушка приняла вызов:

- Через десять минут. Одна лошадь в яблоках.

Подруга смотрела на меня непонимающе.

Я рассеянно улыбалась.

Мы стояли внизу и по очереди вертели головами, не зная, с какой стороны подадут "такси". Октябрьские вечера особенно темны. Пространство блекло освещалось лишь желтоватым оконным светом, да метрах в пятидесяти от нас подслеповато горел фонарь. Но с неба - щедро, округлой полноводной луной, - Бог света на нас не жалел.

Вскоре из-за поворота показался всадник. Конь - очевидно, в яблоках, издали не поймешь - мирно трусил. Когда они приблизились, я заметила на оголовье лошади знак - шашечки, а на всаднике кепку и длинные сапоги.

- Такси вызывали?

- Вызывали, - откликнулась я, сделав шаг вперед. - На Театральный, пожалуйста… Только медленно…

"Таксист" сбросил веревочную лесенку и предложил мне руку. Я взялась за мозолистую ладонь и вскарабкалась наверх. Земля осталась далеко внизу. Последнее, что запомнила, - перепуганное лицо подруги. Я уцепилась за куртку "таксиста", и мы тронулись.

Лошадь шла шагом, но мне казалось, что мы мчимся галопом.

Наконец я немного освоилась и искоса стала посматривать по сторонам. Оказалось, что мы уже пересекли проспект Мира.

- И давно на фирме этот сервис? - спросила я, прочистив горло.

Ветер унес мои слова. Однако парень, оглянувшись, весело ответил:

- Недавно. Может, с месяц. Но я не верю, что он приживется… скучный у нас народ, бескрылый…

Мы замолчали. Положив правую руку на круп лошади, я почувствовала тепло и упругость ее мышц под ладонью. Хвост развевался в такт ритмичному шагу.

- Это ваш конь? Как его зовут?

- Мой, - я уловила нотки гордости в голосе. - Зовут его Скифос. В честь мифического коня... А вы знаете, из чего Бог лошадь создал? - вдруг спросил мой сосед.

- Если честно, не помню, - сказала вслух, а про себя подумала: а знала ли вообще?

- Из ветра!.. - парень приостановил лошадь, а та, вскинув передние ноги, фыркнула, словно что-то еще добавила от себя, а, может, подтвердила: да, так оно и было. Я уцепилась крепче за куртку "таксиста" и увидела, что мы уже выехали на проспект.

-  Здесь налево? - переспросил он.

- Да, вон к тому подъезду, пожалуйста.

Упав в кресло, первым делом позвонила подруге:

- Все в порядке, я уже дома… А ты знаешь, из чего Бог лошадь создал? - И, не дожидаясь ответа, выдохнула: - Из ветра… Бог собрал в пригоршню немного теплого ветра, дунул в ладонь и сказал: "Лети!".

Через неделю мне снова довелось вызвать такси.

- Такси "Казак" слушает, - бойко произнесла диспетчер.

- Девушка, а коня можно? - затаив дыхание, я ожидала ответа.

На том конце трубки помолчали и печально произнесли:

- Ниссан, серо-зеленый металлик. Через десять минут.

______________________________

Отзыв читателя: Работы Елены Морозовой такие же добрые, светлые, чистые и непосредственные , как она сама...При этом не без глубины. Заставляют улыбнуться , даже если на душе тошно. Особенно про конное такси понравилось.
Браво.Ирина Бондаренко.Донецк.